Инквизитор. Я - инквизитор. Право на месть Александр Мазин

04.07.2014

У нас вы можете скачать книгу Инквизитор. Я - инквизитор. Право на месть Александр Мазин в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Только разочек, больше никогда не попрошу, ну пожалуйста! Пусть он будет живым. Господи, миленький, как-нибудь сделай его живым. Или пусть я тоже умру! Наташа лежала в темноте, пустая, холодная, неподвижная… Но она не умерла, нет, это было бы слишком… прекрасно.

С трудом тело будто чужое Наташа поднялась и побрела по коридору, сбрасывая с себя одежду… прямо на пол какая разница! Неловко, с усилием, как тяжелобольная, она перешагнула через край ванны.

Андрей обещал починить, но… не починит. Боль накатилась снова, но какая-то… жалкая. Вода падала на затылок, на плечи, на грудь… Сколько? Наташа наклонилась у нее закружилась голова и решительно завернула кран горячей воды. Холод обжег тело, но Наташа не двигалась. С каким-то мазохистским удовольствием она стояла до тех пор, пока кожа полностью не потеряла чувствительность. Ну вот и все. Наташа с силой растерлась сухим жестким полотенцем. Вот и полегчало, да? Девушка встала на деревянную подставку, включила фен, чтобы высушить волосы.

Это Андрей провел сюда, в ванную, розетку… И тут накатило с такой силой, что Наташа согнулась пополам и заскрипела зубами. Включенный фен завывал, словно помешанный. Через некоторое время боль отошла.

Наташа выпрямилась, чувствуя, как тысячи игл пляшут на ее коже. Голова перестала кружиться, остался только шум в ушах и тянущая пустота в животе. Наташа открыла дверь ванной… и тут же закрыла. В квартире кто-то был! Вход Войти на сайт Я забыл пароль Войти. Цвет фона Цвет шрифта. Александр Мазин Право на месть В этой стране только мертвые сраму не имут. В этой стране только мертвым дано говорить.

В этой стране, на развалинах Третьего Рима, Только и свету, что спать да молитву творить. В этой стране, где свобода — не больше, чем право Сесть наугад в переполненный грязный вагон И, затаясь, наблюдать, как меняет Держава Лики вождей на полотнах бесовских икон. В этой стране никому и никто не подвластен Данностью свыше. Кроме собственного прерывистого дыхания. Девушка поискала глазами одежду, но вспомнила, что бросила ее в коридоре.

В ванной не было ничего, кроме полотенца. Побрела по коридорчику направо, мимо своего брошенного на пол халата, мимо остальной одежды, бесшумно, как сомнамбула, на подгибающихся ногах, с влажными облепившими голову волосами… Оставляя за собой цепочку мокрых следовав ванной на пол натекла вода , Наташа дошла до комнаты и, перешагнув через порожек, остановилась. Руки ее бессильно повисли вдоль тела, плечи опустились.

Она не собиралась драться, она вообще ничего не собиралась делать, но когда она увидела "грабителя", ноги ее буквально приросли к полу. Огромный длинноволосый мужчина, черный с ног до головы, стоял к ней спиной, разглядывая то, что держал в руках. Наташа попятилась, и тут мужчина медленно повернулся к ней.

Лицо его, мрачное, с запавшими глазами, заросшее густым волосом, было ужасно. Наташа сделала еще один шаг назад и невольно прикрыла рукой обнаженную грудь. Нет, скорее - сердце. Черный великан устремил на нее тяжелый взгляд, изучая ее лицо, тело. Холодно, без смущения, без всякого интереса. В руках великан держал книгу, и это еще больше испугало Наташу: От неожиданности Наташа вскрикнула, рванулась, выворачиваясь из поймавших ее рук, обернулась… и ноги ее подкосились.

Мир перевернулся, и Наташа потеряла сознание. Слишком реалистичными оказались телесные ощущения. Наверное, так чувствует себя кусок свинины, по которому всласть прошлись ребристым молотком. Ласковин попытался шевельнуться, но потерпел неудачу. Не потому, что не чувствовал рук, нет, руки были на месте. Только оказались плотно прикрученными к туловищу. Андрей был связан или, скорее, завернут во что-то тяжелое и колючее.

К необратимым нарушениям функций… — У вас, отец, необычный словарь, - заметил первый. Давай, давай, открой ясны очи! Скажи спасителю своему, что и я своих за так не отдаю! Андрей не без усилий разлепил веки. Вислоусое довольное лицо Зимородинского - на расстоянии вытянутой руки. Чуть подальше - черная с проседью грива отца Егория. Нет, - сказал он Андрею. Всего-то пара верблюжьих одеял да овчинный тулуп.

Ласковин подумал, что Потмаков сейчас взорвется, но тот лишь покачал головой. Так в газетах пишут. И умные дяди по телевизору тоже так говорят. Где уж нам с ними спорить! Потмаков с Зимородинским переглянулись. Слава, дай ему телефон. И разверни меня наконец! Зимородинский подал Потмакову трубку. Отец Егорий по памяти набрал номер. Память у него - как японские часы.

Ласковин рванулся так, что потемнело в глазах. Голос его стал непривычно тих, но Андрею было не до тонкостей. Отец, - сказал он Потмакову, - разверните его и помогите одеться.

А я пойду укрепляющее приготовлю. А не то помрет дорогой - и все старания наши прахом! Спустя час машина Зимородинского притормаживала у Наташиного дома. Однако, когда он выбрался из машины, пришлось подождать с полминуты, опираясь на дверцу, чтобы прошла слабость. По стакану через восемь часов. А это - по чайной ложке утром натощак. Андрей медленно пересек тротуар. Кажется, силы понемногу возвращались. Короткая лестница далась ему без особого напряжения.

Ощущение пустоты и… тревоги! Андрей щелкнул выключателем… и увидел одежду, в беспорядке разбросанную по коридору. Сердце его сжалось от дурного предчувствия. Вновь накатила слабость, но беспокойство было сильнее. Не дожидаясь отца Егория, не потрудившись снять ботинки, Андрей поспешил в комнату. Разобранная постель… и никаких следов девушки. Вернувшись в коридор, он увидел отца Егория, запирающего дверь.

Верхняя одежда Наташи была на вешалке, обувь - тоже. Тапочки он видел в комнате. Наташа имела обыкновение оставлять ему записки на кухонном столе. Андрей прошел по коридору, задержался на секунду там, где от него ответвлялся "аппендикс", в конце которого-ванная и туалет, прислушался… Ничего. На кухне тоже ничего. Андрей тяжело опустился на угловой диванчик.

Тем более если услышала… обо мне. Легче, когда близкий человек рядом". Ладони Ласковина стали влажными. И ему было худо. Не отец Егорий, а кто-то, ступающий очень тихо.

Усилием воли Андрей ненадолго вернул мышцам упругость. Приоткрыв дверь кухни, он выглянул… и не увидел ничего и никого. Кто-то, постаравшийся остаться незамеченным. Ласковин шагнул вперед и обнаружил влажные отпечатки на полу. Раньше их не было. Вот сейчас Андрей не отказался бы от своего "медиума". Но пистолет находился в комнате. Ласковин буквально увидел, как он лежит, завернутый вместе с кобурой в газету и уложенный в полиэтиленовый пакет… Длинная тень пересекала коридор.

Он тот, кто способен ее защитить! И еще — земля, город, люди, которых он должен уберечь. А для этого он должен найти врага. Но дай ему Бог — не переступить черту, за которой главным Злом станет он сам. Попавший в эту сеть уже не вырвется. Не помогут ни милиция, ни ФСБ. Коснешься этой паутины — погибнешь. Но он — далеко… "Слепой Орфей" Их пятеро. Но перешагнуть через смерть сумеет только один.